Мозгослесарь
10. Побег

Клауд открыл дверь гостиницы и огляделся. Никаких признаков слежки и погони не было, но за три месяца в бегах он привык к осторожности. Убедившись, что всё тихо, он перехватил поудобнее пакет с покупками и направился в общий зал - на этот раз у них хватило денег на гостиницу получше, тут даже был старенький телевизор в общем зале, и Сефирот наверняка был там. Он слишком сильно выделялся из толпы, чтобы свободно ходить по улицам, и поэтому покупками и сбором информации на улицах занимался Клауд.

Впрочем, с каждым днём Клауду всё больше казалось, что они слишком сильно осторожничают. Их никто не искал, по крайней мере, открыто. Не было ни облав, ни объявлений о розыске - ничего. Словно корпорацию Шинра ничуть не заботило ни исчезновение легендарного героя Вутайской войны, ни поиск виновников пожара в Нибельхейме.

Сефирота он увидел сразу же. Тот сидел в старом неудобном кресле, подавшись вперёд, и выражение лица у него было совершенно жуткое. Такое, что Клауд, не раздумывая, выпустил из рук пакет и скомандовал:

- Стоять. Не двигаться. Не поддаваться её контролю. Не слушать никого, кроме меня.

Сефирот вскочил и замер, подчиняясь приказу, и Клауд в очередной раз почувствовал себя ублюдком. Это неправильно, Сефирот не должен ему подчиняться, не должен поддаваться чужому контролю, особенно так легко.

Слишком легко. Словно не было борьбы с чужой волей, толкавшей его к безумию, словно...

- Что происходит? - спросил Клауд, уже понимая, что ошибся и Дженова на этот раз не причём. Но приказ на всякий случай не отменил.

Вместо ответа Сефирот кивнул в сторону телевизора, и Клауд наконец-то посмотрел на экран.

И замер. Этого не могло быть. Этого просто не могло быть, ведь он отлично помнил, что случилось в реакторе. Он не смог бы забыть, даже если бы сильно захотел, ему до сих пор снились кошмары по этому поводу.

- ...уничтожение целого города, поджог и убийство мирных жителей. И это - не давно закончившаяся война в далёком Вутае, и не страница из истории средних веков. Это - мирное настоящее. Это могло случиться где угодно. С кем угодно. С любым из нас. И теперь, после трёх долгих месяцев предварительных расследований, сегодня утром было объявлено имя монстра, уничтожившего мирный город. Солджер Первого класса - бывший Солджер Первого класса. Один из тех, кого считали лучшими из лучших. Один из тех, чьим долгом было защищать...

Диктор говорил что-то ещё, но Клауд не слышал. Он не отрываясь смотрел на раз за разом повторяющийся видеоролик - тот, кого нарекли Монстром Нибельхейма, выходит из камеры и идёт под конвоем по коридору, медленно и неловко из-за мешающих оков.

- Зак, - выдохнул Клауд, не веря в происходящее. Этого не могло быть, это было неправдой, Зак не сжигал Нибельхейм, наоборот, он старался предотвратить пожар... У него не получилось, он не знал о Дженове и недооценил её, они все её недооценили, и Зак погиб в реакторе, а Клауд даже не попытался его спасти. А теперь Зака собираются судить за поджог и убийство и наверняка казнят, но ведь он не виноват, он не заслуживает казни, его нельзя казнить... и вообще, как можно казнить того, кто уже погиб? Сам того не замечая, Клауд привычно тряхнул головой, пытаясь понять. Принять. Поверить, что...

- Зак жив, - хрипло произноёс он. - Жив.

- Жив, - эхом подтвердил Сефирот, по-прежнему не двигаясь, и Клауд торопливо отменил приказ.

- Простите, - пробормотал он, но Сефирот не отреагировал - он продолжал жадно слушать слова комментатора. Тот говорил о справедливом суде и об излишней гуманности законов, дающих даже таким монстрам право на защиту, о бюрократах, которые затягивали с расследованием и судом, и даже о Корпорации, не следящей за своей армией...

Выпуск новостей закончился, сменился каким-то концертом, но Клауд ещё несколько минут стоял, уставившись невидящим взглядом в экран.

- Он не виноват, - наконец произнёс он. - Он не...

- Тише, - оборвал его Сефирот, выразительно покосившись в сторону стойки, за которой дремал хозяин гостиницы. - Не здесь.

- Он не виноват, - вновь повторил Клауд, когда они поднялись наверх и закрыли дверь. Им повезло - людей в гостинице было мало, и в комнате для четверых они были одни. - Он не сжигал город, он не убивал никого, он не виноват...

- Это сделал я.

- Это сделала Дженова, - тут же возразил Клауд. - Если уж кто-то еще и виноват, то это я. Ведь Зак тогда просил меня вытащить Вас из подвала приказом...

- Зак хотел, чтобы Вы мне приказали мне забросить исследования?

- Да. А я не послушался, я не хотел Вас лишний раз принуждать. А если бы послушался, то всё могло бы быть иначе.

- Иначе не всегда значит лучше. Могло ведь и хуже обернуться.

- Но может быть, всё было бы в порядке, а так Нибельхейм сгорел, и Зак погиб... Почти погиб в реакторе, а теперь его обвиняют в том, что он сжёг Нибельхейм, и ещё Бахамут знает в чём...

- Например, в том, что он убил генерала Сефирота, - с мрачной усмешкой подсказал Сефирот.

- Что?! Но Вы же живы! - воскликнул Клауд.

- Теперь я понимаю, почему за нами не охотятся в открытую.

- Но если его обвиняют в Вашей смерти, то Вы можете прийти в суд, и тогда...

- И тогда меня объявят самозванцем и попытаются избавиться. Шинре выгоден этот скандал, иначе они не стали бы сдавать одного из лучших оставшихся Солджеров.

- Но как такое может быть выгодно?

- Не знаю, - покачал головой Сефирот. - И честно говоря, это не важно. Шинра хочет публичный суд над Солджером и публичную казнь, и не станет останавливаться ни перед чем.

- Значит, Зака казнят?

Сефирот на мгновенье замер, потом недобро усмехнулся.

- Этого я допускать не собираюсь. Насколько я знаю, Джунонская тюрьма гораздо менее неприступна, чем принято считать...

* * *
Клауд вышел из лифта и огляделся. Коридор был пуст, равно как и раздевалки, и с первой частью плана - переодеванием в военную форму - проблем не возникло. Конечно, у Клауда была легенда на тот случай, если он кого-то встретит и придётся объясняться, об этом Сефирот позаботился, но Клауд был рад, что она не понадобилась. Если Сефироту повезло так же, как и ему, то можно считать, четверть плана они уже выполнили.

Клауд представил себе, что сейчас должен делать Сефирот, и, не удержавшись, хихикнул. Переодеться в армейскую форму Сефирот не рискнул - даже в шлеме он выглядел слишком приметно из-за роста и осанки. Поэтому сейчас герой Вутайской войны, наверное, как раз переодевался в форму уборщика. А может, уже переоделся и теперь толкал тележку со швабрами и мусорными баками по служебным коридорам. Сначала Клауду этот план показался безумным, ведь Сефирот-уборщик наверняка будет выглядеть гораздо приметнее, чем Сефирот-рядовой. В ответ генерал предложил Клауду вспомнить, как выглядел хоть один уборщик в Шинра-билдинг, и, выслушав смущённо-ворчливое "Я не знал, что разглядывать уборщиков входит в мои служебные обязанности", выразительно усмехнулся. А потом, сжалившись, объяснил, что люди обычно не обращают внимания на обслуживающий персонал, что подавляющее большинство просто не замечает уборщиков, техников и курьеров...

Сделав пару глубоких вздохов, Клауд вышел из казармы и неспеша направился в сторону порта. Он шёл по улице, делая вид, будто разглядывает достопримечательности. В прошлый раз, когда он здесь был, его мутило после долгого перелёта. Кажется, они тогда ловили каких-то преступников, устроивших побег из Джунонской тюрьмы. Теперь он сам помогал устроить побег из той же тюрьмы, и ему вновь было не до разглядывания витрин и кафешек. Когда-нибудь он приедет в Джунон просто так и вдоволь налюбуется океаном и огромной пушкой... Но это когда-нибудь, а сейчас он должен добраться до служебных тунелей у порта и встретиться там с Сефиротом.


Зайдя в здание, в котором располагалась тюрьма, Клауд вновь огляделся. Обычный холл, почти такой же, как и в Шинра-билдинг в Мидгаре, только размер поменьше. Обычный турникет на входе, через который Клауд прошёл без проблем по фальшивому удостоверению. Интересно, как Сефирот ухитрился раздобыть фальшивые документы всего за два дня? Причём не просто карточки с фотографиями, а такие, с которыми можно пройти сканнер на входе.

Рядом с лифтом не было стражи, лишь стояла троица армейских в точно такой же униформе, как и его собственная. Главное, чтобы они не попытались завязать разговор и спрашивать, из какой он части - у него была подходящая легенда для этого случая, но Клауд чувствовал, что слишком взволнован и вполне может себя выдать.

К счастью, с ним не попытались заговорить - зачем приставать с разговорами к армейским, если есть красивая девушка-лифтёрша? Наверное, в другой раз Клауд счёл бы идею лифтёра глупой, ведь каждый сам вполне в состоянии нажать кнопку, и в Шинра-билдинг все так и делали, но сейчас он был только рад.

Добравшись до нужного этажа, Клауд вышел из лифта и свернул в боковой коридор. Быстро, едва не срываясь на бег, прошёл до конца и толкнул дверь на пожарную лестницу. Убедившись, что лестница пуста, он поднялся на два этажа и замер у двери. Если всё идёт по плану, то минут через пять Сефирот откроет эту дверь и впустит его на этаж - с лестницы открытие дверей активировало сигнализацию, а достаточного уровня допуска, чтобы подняться на лифте, у него по нынешним документам не было.

***
Со следующим пунктом плана Клауд справился на удивление легко. Всё было чётко по плану - "слепая" точка, не прослеживаемая видеокамерами, не ожидающий подвоха стражник, толкавший по коридору тележку с едой для заключённых, незапертая подсобка, в которой легко спрятать бесчувственное тело... Клауд в очередной раз поразился тому, как Сефирот ухитрился узнать все эти подробности. Не мог же он знать расположение подсобок и видеокамер с тех пор, как был здесь в прошлый раз! Никто не в состоянии такое запомнить, кроме разве что тех, кто планирует побеги из тюрем... Но тогда у Сефирота не было причин такое запоминать, тогда не было Дженовы, и необходимости устраивать побеги тоже не было.
Впрочем, размышлять об этом сейчас Клауд себе позволить не мог. Ему надо было затолкнуть тележку в лифт, равнодушно скользнуть взглядом по фигуре уборщика, и выйти этажом выше на контрольном пункте перед тюрьмой.


Охранников в контрольном пункте было двое. из них коротал время дежурства, раскладывая пасьянс на одном из мониторов, второй давал советы и откровенно скучал. И, видимо, от скуки проверял карточку Клауда довольно долго. Никаких проблем с допуском у Клауда быть не могло, эту карточку он только что взял у охранника, но Клауд всё равно нервничал.

- Опять их кормят, - ворчал охранник. - И зачем, спрашивается? Чем они заслужили? Да после того, что некоторые из них натворили, их не то что кормить - с них шкуру живьём спускать следует.

Клауд неопределённо кивнул и пожал плечами.
Но охранника, похоже, мнение Клауда не особо интересовало, ему было просто скучно и хотелось поворчать.

- Я бы их не кормил, - продолжал он. - Посидели б неделу впроголодь, и сознались бы во всём как миленькие... А их не просто кормят, им вон какие порции выдают. Особенно этому убийце, бывшему Солджеру, такой порции бы на целый взвод хватило. И носятся с ним, и лекарства какие-то постоянно таскают... И физиономию для суда берегут, чтоб выглядел пристойно. А зачем, спрашивается? Зачем так носиться с ублюдком, который целый город спалил? Нет, чтоб разукрасить ублюдка как следует, тогда и сознался бы во всём, и на суде все бы на него полюбовались, чтоб потом другим неповадно было... Так ведь? - охранник наконец протянул Клауду карточку, но дверь пока не открыл. - Или ты тоже из тех, кто думает, что со всякой мразью нянчиться надо?

Что на это отвечать, Клауд не знал. Спорить с охранником было бы глупо, соглашаться, зная, что Зак не виноват - противно. А главная проблема заключалась в том, что его легенда подобных разговоров не предусматривала, и теперь Клауд был почти в панике - он не знал, какой ответ будет в такой ситуации правильным.

- Я родом из Нибельхейма, - выдавил он из себя первое, что пришло в голову.

- Бедняга, - сочувственно кивнул охранник. - У тебя там, небось, родичи были... А тебе приходится этому ублюдку еду возить.

Охранник чуть поколебался, потом наконец-то открыл дверь и махнул рукой.

- А, ну их с ихними приказами. Камера тридцать семь - двенадцать, дверь я тебе разблокирую. Только не убей, и на роже у него следов не оставляй, а то нам обоим достанется. Договорились?

- Договорились, - кивнул Клауд, стараясь не выдать шок и возмущение. - Спасибо.

- Не за что, - пожал плечами стражник. - Я тебя понимаю...

К счастью, дальше Клауду слушать не пришлось - он протолкнул тележку в коридор, и дверь за ним автоматически закрылась. Немного переведя дыхание, он двинулся по коридору к камере тридцать семь - двенадцать.

Охранник не обманул, и дверь в камеру Зака действительно открылась. Это было большой удачей, ведь иначе ему пришлось бы выжигать замок. А так начало общей тревоги откладывается ещё на пару минут.

Клауд вошел в камеру и остановился у входа. Зак сидел на стуле посреди камеры и неподвижно смотрел перед собой. Клауд тихонько позвал его, но Зак не отреагировал, словно и не услышал его. Но он не мог не услышать, у Солджеров ведь отменный слух, а Зак - один из лучших... Но задумываться о том, что это может значить, у Клауда не было времени.

- Зак? - ещё раз позвал он, подходя ближе. Зак вновь не шелохнулся, и Клауд, сделав последний шаг, взял Зака за плечо и развернул к себе. - Это я, Зак, - тихо сказал он. Но Зак, казалось, смотрел сквозь него.

- Зак Фэйр, Солджер, Первый Класс. Сотрудник Корпорации Шинра. Я не уполномочен отвечать на вопросы.

Голос у Зака был такой же плоский и безжизненный, как и взгляд, и Клауду это не понравилось. Совсем не понравилось.

- Что они с тобой сделали? Почему ты меня не узнаёшь? Это же я, Клауд!

Глаза Зака на мгновенье почти сфокусировались.

- Клауд, - так же безжизненно повторил он. - Клауд Страйф, рядовой. Убит Сефиротом в Нибельхеймском реакторе.

- Да не убивал меня Сефирот! - Клауд был не на шутку перепуган. - Я здесь, я пришёл за тобой...

- Я тебя тоже не убивал, Клауд. Клянусь тебе, я этого не делал, - тихо произнёс Зак. Потом тряхнул головой и криво усмехнулся. - Галлюцинации с каждым разом всё реалистичнее. И всё проникновеннее. Невинно убитый Клауд, возвращающийся по мою душу... Эдак через пару лет вы меня действительно убедите сознаться в том, чего я не делал.

- Галлюцинации?.. - теперь Клауд совсем ничего не понимал. Зак считает его галлюцинацией?

- Я ожидал чего-то подобного, - голос Сефирота заставил Клауда вздрогнуть.

- Ожидали?

- Им нужен зрелищный суд, а что за зрелище без признания? - Сефирот презрительно усмехнулся.

- О, Сефирот, - подал голос Зак. - Ты тоже пришёл по мою душу? Будешь убеждать меня покаяться? Только тебе ли не знать, как всё было на самом деле...

Сефирот едва заметно вздрогнул, словно от удара. Слова Зака задели его, не могли не задеть, и Клауд поспешно вставил.

- Вы не виноваты, сэр.

- Я знаю, - чётко ответил Сефирот и вновь обернулся к Заку. - Прости, старый друг, но голова у тебя будет болеть в любом случае, а у нас нет времени на убеждение.

С этими словами Сефирот резко ударил Зака в висок. Зак тут же обмяк, потеряв сознание, и Сефирот подхватил его на руки.

- Пойдёмте, Клауд. Нам действительно пора выбираться отсюда.

Словно в ответ на его слова, в коридоре взвыла сирена.

***
С первым патрулём Клауд справился сам, и без особого труда. Вырубить полвзвода армейских оказалось на удивление легко - гораздо легче, чем когда-то на тренировках... Конечно, когда он тренировался с армейскими, он ещё не был накачанным мако псевдоСолджером, но всё равно Клауда это удивляет.

Следующий патруль попался им на лестнице. И на этот раз это не армейские а Солджер - всего один, но Второго класса.

Сефирот резко остановился, Солджер тоже. Клауд замер рядом. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, готовые в любой момент ударить.

- Тот, кто был убит много месяцев назад, не может устраивать побег для своего убийцы, - наконец произнёс Солджер, и его голос показался Клауду знакомым.

- Но это не отменяет приказа задержать преступника и его сообщников, - в тон ему ответил Сефирот. Солджер пожал плечами.

- Даже Первый Класс можно вырубить, стукнув по голове. А если у преступников есть парализующая материя, то это даже проще, - ответил он, снимая шлем, и Клауд наконец-то узнал его. Канзель, друг Зака и самый информированный человек в подразделении Солджер после Сефирота. Неудивительно, что он не напал сразу же.

- Извини, Канзель. У меня нет парализующей, - произнёс Сефирот, и тут же активировал материю. Канзель хотел было то ли спросить что-то, то ли возразить, но не успел - Сефирот уже активировал материю. Солджер упал, и вместо вопроса из небрежно сваленной в кучу униформы послышалось кваканье. - Зато теперь тебе точно не придётся оправдываться, каким образом ты ухитрился упустить преступников. Главное - не дай им себя раздавить.

Из кучи одежды выбралась лягушка - довольно большая, тёмно-синяя с яркио-оранжевыми пятнами вдоль спины. Квакнув ещё пару раз, она немного неуклюже поскакала в ближайший угол. Клауд проводил лягушку изумлённым взглядом и посмотрел на Сефирота.

- Ты никогда не был у Зака на родине, - с усмешкой ответил Сефирот на невысказанный вопрос. Клауд отрицательно мотнул головой. Причем тут Зак? - Когда он очнется, попроси его рассказать тебе про Ужас Гонгагских Джунглей.

Сефирот переступил через валявшуюся на полу одежду и быстро пошел дальше, и замешкавшемуся от недоумения Клауду пришлось пуститься вприпрыжку, чтобы его догнать.

Послышавшееся ему вслед кваканье подозрительно напоминало смех.
Канзель оказался единственным Солджером, которого они встретили, а с армейскими патрулями Клауд справлялся без труда. Сефирот в драку не лез, он стоял чуть сзади, прижимая к себе бесчувственного Зака, готовый прийти на помощь в любой момент, и Клауд тайно гордился, что Сефироту ни разу не пришлось вмешаться.

После короткой пробежки по запутанным маленьким улочкам и дворам Джунона, они наконец-то добрались до ожидавшего их мотоцикла. Сефирот аккуратно усадил Зака в коляску и накрыл своим плащом. Потом быстро стянул комбинезон уборщика и небрежно отбросил в сторону, оставшись в своей обычной униформе, только без плаща. Это тоже было частью плана, на случай, если что-то пойдёт не так и Сефироту придется объявлять о своём присутствии.

- У нас не так много времени, - с усмешкой бросил Сефирот, натягивая заранее припасенную лёгкую куртку и собирая длинные волосы в хвост. Клауд покраснел и принялся торопливо избавляться от армейской формы. Мысленно он ругал себя последними словами - за ними гонятся, они только что устроили побег государственного преступника, а он не придумал ничего лучше, чем глазеть на грудь Сефирота! И самое ужасное - Сефирот это заметил... Хорошо всё-таки, что ему сейчас надо только снять шлем и переодеть куртку. Если бы ему пришлось сейчас снимать штаны, он бы, наверное, умер со стыда на месте...

Отбросив в сторону ставшие ненужными части армейской униформы, Клауд поспешно натянул куртку из мягкой кожи и вновь на миг замер. Сефирот уже заводил мотоцикл, и Клауду предстояло сесть за ним... И это было одновременно прекрасно и невыносимо стыдно. Но времени на стыд и раздумья не было, и Клауд, глубоко вздохнув, вскочил на мотоцикл позади Сефирота.

Кажется, Сефирот хмыкнул, но Клауд не был уверен - мотоцикл тут же сорвался с места. Клауд инстинктивно обхватил Сефирота за талию, чтобы не упасть. Надо же, а он и не думал, что петлять по подворотням можно с такой скоростью. Но за рулём был Сефирот, а Сефирот может всё, и Клауд полностью доверял иму.

Проплутав минут десять по переулкам, они вылетели на шоссе, и Клауд невольно прижался к Сефироту покрепче - на шоссе не было ограничений скорости, и Сефирот явно собирался этим воспользоваться. Он гнал вперёд, прыгая из ряда в ряд, легко обгоняя попадавшиеся на пути машины. Клауд прижался лбом к спине Сефирота и счастливо рассмеялся. У них всё получилось. Они выжили, они свободны, и даже погони за ними, похоже, нет. Они вытащили Зака, он тоже свободен, и с ним всё будет хорошо. Правда, где-то ещё есть Дженова, и погоня может возобновиться, и Зак лежит в коляске без сознания, но в этот момент Клауд верил, что всё будет хорошо, и что втроём они справятся с любыми проблемами.

Клауд не знал, как долго они гнали по шоссе. Кажется, он даже ухитрился ненадолго заснуть, обнимая Сефирота - сказались бессонные ночи и напряжение последних дней. Сефирот же, казалось, усталости не чувствовал - он мчался по полупустому шоссе, длинные серебристые пряди развевались по ветру, и Клауд почему-то был уверен, что Сефирот улыбался.

Они ехали, пролетая мимо небольших городков, изредка останавливаясь, чтобы заправиться и размять затекшие суставы. Зак спал, закутавшись в плащ - за всю дорогу он так ни разу и не проснулся. На одной из остановок Клауд хотел было разбудить его, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке, но Сефирот не позволил.

- Пусть спит, - сказал он, поправляя на Заке плащ, и Клауд поразился тому, как мягко звучал его голос. - Чем дольше он проспит, тем лучше будет себя чувствовать, когда очнется.

- А он ... С ним ведь всё будет в порядке? - спросил Клауд, чувствуя себя глупо и по-детски. Но Сефирот лишь рассмеялся и взъерошил волосы Клауда - точно так же, как делал когда-то Зак.

- Конечно, - ответил он с улыбкой. - Солджерский метаболизм вполне способен справиться с той дрянью, которой его накачивали, и ничего страшнее похмелья ему не грозит. А с похмельем он как-нибудь справится.

- Справится, как же, - рассмеялся Клауд. - Будет держаться за голову, смотреть на всех этим своим фирменным жалобным взглядом и выпрашивать кофе.

- Значит, будет ему кофе, - неожиданно серьёзно ответил Сефирот, и тон у него был такой, будто он обещал достать для Зака не продающийся на каждом углу напиток, а как минимум звезду с неба. "И ведь достанет", - подумал Клауд с гордостью.

А потом они вновь мчались по шоссе, и Клауд вновь обнимал Сефирота за талию, и думал о том, что теперь они втроём связаны. Бывший генерал, бывший Солджер, бывший лейтенант армии. Сефирот вытащит Зака из каких угодно неприятностей, и Зак будет всегда прикрывать Сефироту спину, а Клауд... Пусть он и нужен им только из-за Дженовы, пусть они с Сефиротом оказались связаны против воли, но Клауд знал, что он сделает ради этих двоих всё, что угодно. И его не оттолкнут, потому что он нужен, и быть может, когда-нибудь, они примут его как равного. А постарается, чтобы это случилось как можно скорее, и чтобы они об этом не пожалели.


Они мчались вперёд, в неизвестность, и вскоре Клауд окончательно потерял ощущение времени направления. Минуты смешивались с километрами и проносились мимо, а он поглядывал то вперёд, то на спящего Зака, и ему было совершенно всё равно, куда они едут и что их там ждет. Он верил, что теперь всё будет хорошо, и остальное было не так уж важно.

***

Зак проснулся вскоре после полуночи. Он резко поднял голову - и тут же схватился за неё, пытаясь справиться с приступом головокружения и тошноты. Темнота, шум, единственный луч света впереди, вибрирующее под ним сидение - всё это было похоже на очередной кошмар или галлюцинацию. Зак устало вздохнул и вновь закрыл глаза. Галлюцинация так галлюцинация, ему не привыкать. Даже немного интересно, что именно на этот раз пытается нарисовать воспаленное подсознание. Шум и вибрация - наверное, он в вертолете. Или в машине с открытыми окнами. Сидит, укрытый плащом Сефирота, как много раз раньше, когда он ухитрялся испортить собственную одежду или замерзнуть от усталости, а Сефирот без единого слова укрывал его своим плащом. А ещё его, кажется, укачивает. По крайней мере, ему кажется, что укачивает - с ним никогда в жизни ничего подобного не случалось, но Клауд вроде говорил, что симптомы именно такие... Значит, сейчас он чувствует себя Клаудом, укутанным в плащ Сефирота. Которого к тому же укачивает. Кажется, такого ещё не было... Интересно, какими путями эта картинка будет трансформироваться в пожар и драку в реакторе? Или это вариация на тему дороги в Нибельхейм? А ещё ему, похоже, довольно давно не кололи ту розовую дрянь - что-то голова подозрительно ясная, несмотря на хреновое самочувствие, обычно анализировать галлюцинации гораздо труднее.

Зак попытался "вынырнуть" из галлюцинации и вновь увидеть стены камеры. Не то чтобы он так сильно мечтал их видеть, но терять связь с реальностью и растворяться в галлюцинациях ему не хотелось - это было бы слишком похоже на бегство и предательство. В глубине души он всё ещё не переставал надеяться, что ему удастся выбраться из этой переделки и вернуться к Аэрис. Он вполне отдавал себе отчет в том, что шансов на это практически нет - Корпорация твердо решила его казнить, предварительно вырвав признание, а все, кто мог бы помочь, мертвы. Брать на себя вину за события в Нибельхейме Зак не собирался; Анджил любил говорить, что честь и мечты - главное, что есть у Солджера, а у Зака больше ничего и не осталось. Только честь, да мечта о спасении, и признать вину за Нибельхеймский пожар означало бы расстаться с честью.

И именно поэтому он так хватался за остатки сознания, так упорно сопротивлялся галлюцинациям. Он боялся, что в один прекрасный день образы станут настолько яркими, что он поверит. Поверит, что он действительно сжег Нибельхейм, поверит, что убил Сефирота, поверит в мифические деньги, которые за это якобы заплатила террористическая группировка.... Как её называли? Дурацкое пафосное название, что-то о стихийных бедствиях - то ли "Цунами", то ли "Землетрясение"... Хотя последнее вряд ли, вроде слово более короткое. Впрочем, неважно. Неважно, как они назывались, неважно, сколько нулей было у суммы, которая лежит на якобы "его" счету, неважно даже, существуют ли на самом деле эти террористы. Сейчас он откроет глаза и увидит серую стену напротив. И шум с вибрацией исчезнут. И плащ исчезнет - жаль, конечно, но так надо. Он должен увидеть эту проклятую камеру, и окончательно вспомнить, кто он и где он. Он должен, и он сможет.

Вибрация и шум действительно прекратились, и в наступившей звенящей тишине послышались голоса. Знакомые голоса, которые он никогда больше не услышит. Сефирот мертв, Клауд мертв, а он сидит в камере. Надо только открыть глаза, чтобы в этом убедиться.

Зак тяжело вздохнул и разлепил веки. И тут же вздрогнул, потому что знакомой стены напротив не было. Было только нависшее над ним лицо - уставшее, непривычно встревоженное и до боли знакомое. Лицо того, кто сжег город и умер в Нибельхейском реакторе вместе со своим убийцей.

Он пару раз моргнул, пытаясь отогнать наваждение, потом тряхнул головой. И тут же пожалел - воображаемый Сефирот никуда не делся, а тошнота и головокружение вернулись с новой силой.

- Как же мне надоели эти галлюцинации, - выдохнул Зак, и закашлялся на последнем слове. Горло пересохло, зверски хотелось пить, голова раскалывалась.

- Боюсь, мне придется тебя огорчить, - с явно наигранным сожалением в голосе произнесла галлюцинация. - Твоё похмелье - не плод твоего воображения, оно вполне реально.

- Похмелье? - от удивления Зак даже прекратил кашлять. - Это что-то новенькое. Обычно Сефирот укоряет меня в убийстве и поджоге, а не отчитывает за пьянство, - он попытался рассмеяться, но вместо этого вновь закашлялся.

- Сэр? - послышался откуда-то второй знакомый голос. Клауд. Такой же мертвый, такой же частый гость в его кошмарах. - Он всё ещё считает, что мы галлюцинации?

- Сейчас я покажу ему галлюцинации, - внезапно усмехнулся Сефирот и отстранился. - Солджер Фэйр! Встать когда к тебе обращается старший по званию!

Голос у Сефирота был такой, что Зак тут же вскочил и вытянулся по стойке смирно. Вернее, попытался - голова от резкого движения закружилась сильнее, и он начал падать. Он попытался было удержать равновесие, но все-таки упал - правда, как ни странно, не обратно на жесткий тюремный стул, на котором должен был сидеть, а на руки Сефироту. Сильные, тёплые, знакомые руки. Слишком реальные для галлюцинации.

- Конечно, реальные, - ответил Сефирот. Похоже, Зак сказал всё это вслух.

- Не может быть. Ты мертв, я видел, как тебя убили.

- Меня не так легко убить.

- Всё равно, - горло окончательно отказало, и Зак перешел на шепот. - Если бы ты выжил, тебя бы спасли так же, как и меня. И всего этого не было бы.

- Меня спас Клауд, - тихо ответил Сефирот. Клауд тут же принялся возражать, что на самом деле всё было не так, что это он виноват, а Сефирот попросил его не спорить, по крайней мере, до тех пор, пока Зак не придет в себя, тем более что тут и спорить нечего...

Зак вновь прикрыл глаза и прижался головой к плечу Сефирота. Это было что-то совсем новое, обычно галлюцинации себя так не вели. А главное - это совершенно не укладывалось в сценарий, по которому он должен был поверить, что генерал мертв и он, Солджер Фэйр, убил его. Но если Сефирот жив, то вынуждать Зака признаться в убийстве было бы верхом идиотизма. А значит...

Зак усилием воли заставил себя успокоиться. Значит, его не пытаются вынудить признаться. Значит, это может быть не галлюцинацией. Это может быть просто сном. Или это может быть реальностью. Вот только как отличить сон от реальности?

Он медленно открыл глаза. Напряженное лицо Сефирота было совсем рядом, и в другой ситуации Заку непременно было бы немного стыдно из-за того, что он опять вляпался и генералу приходится носить его на руках. Но сейчас ему было не до того. Он осторожно повернул голову, оглядываясь. Совсем рядом стоял Клауд, живой, невредимый и явно взволнованный. Но такое бывало и в видениях, и ничего не доказывало. Зак огляделся дальше. Мотоцикл с коляской на полупустой, скупо освещенной стоянке, силуэт здания с неоновой вывеской "Бар-ресторан-заправка-круглосуточно", угадывающееся неподалеку слабо освещенное шоссе - место казалось одновременно незнакомым и похожим на миллионы других. Если это не сон и не очередная галлюцинация, то как он здесь оказался? И где "здесь"?

- Где мы? - спросил он.

- Если верить дорожным знакам, это место называется Миддлтон.

- Миддлтон?

- Поселок рядом с Юго-Западным шоссе. Население четыре тысячи, стратегическая ценность нулевая. Единственная достопримечательность - круглосуточный ресторан, в котором можно получить кофе.

- Кофе? - жалобно переспросил Зак. Он не понял, почему Клауд и Сефирот переглянулись и одновременно рассмеялись, ему было не до того. Он вдруг очень живо представил себе кофе - горячая ароматная жидкость в огромной кружке, и самый первый глоток, и разливающееся по телу тепло, и вкус кофе, и то, как отступают после нескольких глотков остатки похмельного тумана в голове...

- Будет тебе кофе, - пообещал Сефирот. - Хочешь попытаться встать на ноги?

С этими словами Сефирот осторожно поставил его на землю, не переставая придерживать. Зак неуверенно сделал шаг, потом ещё один.

- Скверно, - усмехнулся он, - Координации никакой, будто меня по голове треснули… что в этом смешного?

Вопрос был адресован Клауду. Тот тут же посерьезнел и, на мгновение сосредоточившись, запустил в Зака лечебное заклинание.

"Профессионально, явно тренировался", - автоматически отметил Зак и только потом заметил, что боль в затылке куда-то исчезла.

- Мои извинения, Солджер Фэйр, - формальным тоном произнёс Сефирот.

- Извинения? - удивленно переспросил Зак. - Причем тут ты?

- Это был мой просчет. В плане побега не было предусмотрено время на то, чтобы доказать тебе, что я не галлюцинация.

- И ты вырубил меня, чтобы не возиться? - рассмеялся Зак. - Стоп, какого побега?

- Из Джунонской тюрьмы.

- Я... Мы сбежали из Джунонской тюрьмы?

Сефирот улыбнулся, немного смущенно.

- Я думаю, сейчас у нас найдётся час на объяснения.

- И полчаса на ужин и кофе, - добавил Клауд.

- Только надень мой плащ - нас здесь вряд ли будут искать, но это не повод демонстрировать всем твою тюремную униформу, - с усмешкой добавил Сефирот.

А полтора часа спустя Зак вновь сидел в коляске мотоцикла, укутавшись в плащ Сефирота. После четырех кружек скверного, но крепкого кофе и плотного ужина в голове заметно прояснилось, а последовавший за ужином разговор расставил всё по своим местам. Вернее, почти все - он так до конца и не уяснил, что такое Дженова и как с ней бороться, но он понял главное. Сефирот не сжигал город, Сефирот не пытался его убить. И Сефирот не бросил его, и пришел за ним, как только смог. И Клауд тоже жив, и Клауд тоже его не бросил, и это именно он вытащил Сефирота, что бы он сам там ни говорил. А главное - теперь они все трое живы, свободны и совершенно не связаны с корпорацией. Да, их, возможно, будут искать, но теперь их так просто не возьмешь. Трое - это сила, а трое Солджеров - это почти армия. А во главе с Сефиротом любая армия непобедима.

Зак улыбнулся этой мысли. И уже засыпая, подумал, что хорошо всё-таки, что некоторые галлюцинации оказываются реальностью.

Они проехали ещё несколько похожих друг на друга сонных городков, прежде чем нашли открытую в столь поздний час гостиницу и сняли комнату - одну большую комнату с тремя кроватями и отдельной ванной. Впрочем, других в этой гостинице просто не было.

Войдя в номер, Зак первым делом плюхнулся на кровать лицом вниз. Она оказалась мягкой, чуть продавленной, а покрывало было шершавое наощупь и слегка пахло застарелым сигаретным дымом. И почему-то именно это сильнее всего остального убеждало в реальности происходящего. В тюрьме койка была жесткой, а тщательно простерилизованная постель не пахла ничем...

- Хочешь первым в душ? - спросил Сефирот. Зак мотнул головой.

- Я намерен принять ванну. И просидеть там час. Так что лучше идите вы, - ответил он.


Полчаса спустя Зак исчез в ванной, дверь с лёгким щелчком захлопнулась, и Сефирот наконец-то обернулся.

Клауд замер, глядя на Сефирота - тот всё-таки красив, особенно в просачивающемся сквозь занавески закатном свете. Потом, спохватившись, покраснел и отвернулся.

- Извините, сэр.

Сефирот рассмеялся.

- После сегодняшней выходки о моём генеральском чине можно окончательно забыть. Генерала Сефирота теперь не существует, точно так же, как лейтенанта Страйфа и Солджера Первого класса Фэйра, и обращение "сэр" теперь не совсем уместно.

- Но тогда... - Клауд настолько растерялся, что даже перестал смущаться. - Как же мне Вас называть, сэр?

Сефирот вновь усмехнулся.

- Я думаю, после всего, что произошло, мы вполне можем обращаться друг к другу менее формально. Правда, Зак говорил, что для переходов на "ты" существует какой-то ритуал с алкоголем и поцелуями... - Сефирот чуть нахмурился. - Но я не знаю подробностей.

Глаза у Клауда сделались круглыми от удивления. Нет, он, конечно, знал о чём речь, Зак когда-то в начале знакомства настоял, чтобы они выпили на брудершафт, но одно дело Зак, и совсем другое - Сефирот. Кстати, они с Заком...

- А Вы с Заком... То есть... - Клауд мысленно обозвал себя идиотом. Ну зачем было лезть? Чтобы опять краснеть и заикаться? Соскучился по этому непередаваемому ощущению, давно уже такого не делал... - Я хотел сказать - Зак к Вам на "ты" обращается, - совсем тихо закончил Клауд, глядя в пол.

- Зак способен к кому угодно обращаться на "ты" с первого момента знакомства, - усмехнулся Сефирот. - Даже к Президенту Шинре и Дженесису, и я не уверен, который из двоих хуже. И как ни странно, ему всегда и всё сходит с рук - те, кто не теряет дар речи от подобной наглости, непременно ведутся на щенячьи глазки. Возвращаясь к вопросу - нет, пить и целоваться с Заком ради перехода на менее формальное общение мне не довелось.

- А... не ради этого? - спросил Клауд, окончательно смущаясь и краснея. Ну кто его сегодня за язык тянет? Сефирот же откровенно веселился. Таким его Клауд давно не видел... Нет, даже не давно. Никогда. Даже в ту первую ночь, даже во время совместных пьянок с Заком, он никогда не был - таким. Словно чуть захмелевшим, весёлым, с озорными искрами в невероятно красивых зелёных глазах... Словно возвращение Зака и окончательный разрыв с Корпорацией наконец-то освободили его, и он наконец-то может улыбаться, шутить, и даже, кажется... флиртовать?

- Пить - доводилось, и не раз, - с ухмылкой ответил Сефирот. - Вы это даже видели, хотя, возможно, не помните - от похмелья Вас на следующий день избавить было нелегко. А целоваться... - Сефирот задумался на миг, и пауза получилась эффектной - достаточно эффектной, чтобы Клауд ощутил укол ревности. - Тоже в некотором роде доводилось, - Сефирот рассмеялся. - Этот герой пытался вытащить раненого товарища из реки в Вутайских горах. И вытащил, вытолкнул на камни из последних сил, но в результате ухитрился захлебнуться сам. Пришлось делать ему искусственное дыхание...

- И это всё? - недоверчиво переспросил Клауд, поражаясь собственной наглости и удивляясь тому, что Сефирот не только до сих пор не отшил его, но и отвечает.

Сефирот пожал плечами.

- Конечно, всё. Зак флиртует со всем, что движется и коллекционирует зарубки на спинке кровати - или коллекционировал, пока не встретил свою цветочницу. Теперь он просто флиртует, и то скорее по привычке... Меня же никогда не интересовали ни юнцы, не знающие, чего они хотят, ни подчинённые, которым может взбрести в голову, что они должны прыгнуть ко мне в постель ради карьеры.

- Почему тогда я? - быстро спросил Клауд, не особо надеясь на ответ. - Юнец, подчинённый...

Сефирот резко посерьёзнел.

- Тогда были особые обстоятельства.

- А сейчас?

- Сейчас... - Сефирот вздохнул и прикрыл глаза. - Сейчас, как мне кажется, Вы знаете, чего хотите. А я больше не генерал и приказывать Вам не могу.

- Зато я по-прежнему могу, - с горечью ответил Клауд.

- Но не станете.

- Вы уверены?

- Да. Ради прихоти - не станете.

Клауд отвёл взгляд. Как они ухитрились перевести разговор со слова "Сэр" на... что? О чём они говорят? Кажется, о...

- Мы всё ещё говорим о переходе на "ты"? - на всякий случай уточнил он.

- Быть может, - ответил Сефирот, и от его тона по спине Клауда побежали мурашки. - А может, и нет. Как Вам будет угодно... Клауд.

Звук собственного имени показался лаской - как тогда. И места для сомнений не было, Сефирот действительно предлагал... что угодно. От перехода на "ты" до... того, о чём Клауд и мечтать не смел. Хотя нет, это - вряд ли, это - плод разыгравшейся фантазии, ведь после всего, что было - после лаборатории, и контроля, и приказов, и... всего остального - Сефирот не может хотеть ничего серьёзного. Переход на "ты", секс для разрядки - это возможно, но остальное... Не может быть. Сефирот никогда не смотрел на него, как на... кого-то с кем можно... всерьёз.

"Смотрел", - возразил внутренний голос. Перед мысленным взором пронеслась череда воспоминаний - самая первая, безумная ночь перед экспериментами, те взгляды, что иногда бросал на него генерал, когда думал, что никто не видит, то, как Сефирот сидел с ним после мако-инъекций. Тот случай, когда они сидели допоздна в офисе, и в какой-то момент Клауду показалось, что Сефирот его поцелует. То, как Сефирот реагировал на некоторые шутки Зака. Та жуткая ночь в пещере, когда Клауд не верил, что им удастся выжить, а потом они целовались - жадно и безнадёжно, не чувствуя ничего, кроме вкуса крови и отчаяния... И последовавший за поцелуем тяжёлый взгляд Сефирота, и хриплое "Не надо так, если мы вдруг выживем, мы об этом пожалеем". И тихое "Не надо, будет только хуже" когда-то в лаборатории... Тогда Клауд просто послушался, не поняв, теперь он, кажется, начинал понимать... Сефирот не хотел просто разрядки, он не хотел смешивать удовольствие и эксперименты, и точно так же не хотел смешивать близость и отчаяние. И то, что он предлагает теперь - это просто удовольствие. Просто близость. Просто то, что ему - нет, им обоим - угодно. И не надо усложнять.

Кивнуть, сделать шаг вперёд. Поднять голову, заглянуть в глаза. Положить руки на плечи, притянуть вниз, слегка коснуться губ вместо ответа...

Когда Клауд пришёл в себя, он лежал на одной из кроватей, а Сефирот склонялся над ним и смотрел в глаза. Длинные серебристые волосы свисали, закрывая их от остального мира, и это было... правильно.

- Клауд? - тихо позвал Сефирот.

- Да?

- Я не хочу Вас принуждать. Одно Ваше слово - и всё прекратится.

Клауд несколько раз моргнул. Принуждать? Его? Разве можно принуждать к тому, о чём мечтаешь? Клауд улыбнулся, впервые за долгое время почувствовав себя по-настоящему счастливым. Он притянул Сефирота к себе, легко - действительно легко, ведь впереди будет ещё много поцелуев - коснулся губ и с шальной ухмылкой, которая выглядела бы гораздо привычнее на лице Зака, спросил:

- Мы же вроде собирались переходить на "ты"?

***
Зак картинно закатил глаза и постарался не прислушиваться. Но стенки были совсем тонкие, а эти двое, кажется, забыли не только о том, что у Солджеров очень чувствительный слух, но и о том, что они в этой гостинице не одни. Будь у Зака нормальная одежда, он вылез бы из ванной через окно, чтобы не подслушивать. Но у него не было ничего, кроме тюремного комбинезона, а разгуливающий по городу в одном полотенце Солджер наверняка привлечёт слишком много ненужного внимания. К тому же, стоны Клауда наверняка были слышны квартала за три, да и Сефирот вёл себя не слишком тихо.

Зак был рад за них. Эти двое уже давно смотрели друг на друга с явным интересом, и, не будь всей той истории с экспериментами, Зак бы уже давно нашёл способ запереть их в одной комнате и не выпускать, пока не разберутся со своими отношениями. Он уже почти перестал надеяться, что это когда-нибудь произойдёт, их слишком многое разделяло. Но теперь они занимались любовью в соседней комнате, и это казалось почти чудом.

Занимались любовью. Вряд ли им самим даже в голову пришло, что это так называется. А если бы пришло... Зак усмехнулся. Если бы пришло, они бы сейчас занимались чем-то другим - например, сидели бы каждый в своём углу и жалели, что не могут друг к другу прикоснуться.

Зак закрыл глаза и ушёл под воду с головой. Звуки стали более глухими, слова смазались до неузнаваемости, но он всё равно слышал слишком много - ритмичные полувздохи-полустоны Клауда, тихий голос Сефирота, поскрипывающую в такт вздохам кровать... И ведь даже подразнить их завтра нельзя - ещё испугаются, передумают, разбегутся по разным углам на следующие полгода. Ладно, ещё Клауд - ему шестнадцать и он почти-девственник, но Сефирот... Герой войны без склонности к романтике или воздержанию, он-то чего ведёт себя, словно девица на выданье?

Он просидел под водой до тех пор, пока не начало звенеть в ушах от недостатка кислорода. Это хоть как-то перекрывало становившиеся всё более страстными звуки, а заодно отвлекало от реакций собственного тела. Если бы не это, то ему пришлось бы вылезать из ванной и включать холодный душ - заниматься самоудовлетворением под аккомпанемент страстных стонов было бы неправильно. Сефирот и Клауд - его друзья, и вряд ли им бы такое понравилось... К тому же, у него есть девушка, и это было бы слишком похоже на измену.

Если, конечно, у него всё ещё есть девушка. Она ведь могла и не дождаться - зачем ей кавалер, который обещал вернуться через неделю, а сам пропал почти на полгода и даже не позвонил? За это время она вполне могла решить, что он нашёл другую и забыть о нём. И напоминание в виде выпуска криминальных новостей с ним в главной роли вряд ли заставило её передумать.

Надо будет завтра позвонить ей. Поговорить, извиниться, попытаться объяснить... Хотя нет, не стоит о таком по телефону говорить - если разговор перехватят, у неё могут быть неприятности. Уж лучше подождать, пока они доберутся до Мидгара и прийти лично. Тогда, быть может, она сможет простить и не прогонит...

Зак вздохнул. Думать об этом было грустно, но подобные мысли оказались действенным средством от невольного подслушивания. А эти двое, судя по звукам, закончили, и из ванной скоро можно будет вылезти... Если, конечно, они не вздумают повторить. Конечно, четыре раза подряд после долгого перерыва - не так уж много, особенно для шестнадцатилетнего парня с Мако в крови, но... Заку до одури надоело сидеть в ванной.


***
Тихий скрип открывающейся двери заставил Сефирота поднять голову. Зак стоял, прислонившись к двери, и с насмешливым умилением смотрел то на него, то на Клауда. С чего это он вдруг? Поза, конечно, немного провокационная, но Клауд не впервые спит, уткнувшись лицом в его ключицу, и Зак такое раньше видел. Это не повод так ухмыляться... Не мог же он что-то сквозь стены увидеть.

"Увидеть - не мог", - насмешливо подсказал внутренний голос, и Сефирот мысленно обозвал себя идиотом. Ну конечно. Зак - Солджер, Первый класс. Бывший Солджер, но слух у него от этого хуже не стал... А Клауд, похоже, действительно уснул, иначе уже покраснел бы.

- Ну как, отмылся? - тихо спросил Сефирот, не переставая обнимать лежавшего рядом с ним Клауда.

- Завтра ночью я хочу отдельный номер, - так же тихо заявил Зак, занимая свободную кровать. И, ухмыльнувшись в ответ на чуть приподнятую бровь Сефирота, добавил: - Возможно, даже в отдельной гостинице.

Этой ночью Заку снилась Аэрис. Она сидела на полу в церкви, а рядом с тележкой для цветов - самой первой, которую они с Заком собрали. На коленях у неё лежало плоское деревянное колесо, поверх него - лист бумаги, на котором Аэрис что-то писала... Зак был уверен, что это письмо, и что она пишет ему. Он даже разобрал собственное имя на первой строчке. Но все остальные слова прочесть не удалось, и Зак так и не узнал, о чем она пишет.

Он проснулся довольно поздно. Полежал несколько секунд неподвижно, с закрытыми глазами, пытаясь сообразить, где он. Вспомнив, Зак улыбнулся, медленно открыл глаза и огляделся.

Дверь в ванную была закрыта, оттуда доносился плеск воды. Клауда не было, а Сефирот сидел на соседней кровати, одетый в джинсы и футболку, и читал газету. И это выглядело одновременно невероятно и обыденно, и Зак был уверен, что это уж точно не может быть очередной галлюцинацией. Он свободен, тюрьма действительно осталась в прошлом. Довольно потянувшись, он с ухмылкой спросил:

- Что интересного в новостях?

- Ничего достойного внимания, - ответил он, пожимая плечами. - Кроме того, что твой суд перенесли на конец следующей недели.

Зак резко сел на кровати.

- Мой суд?

- Ну да, - усмехнулся Сефирот. - Только теперь в связи с попыткой побега суд будет закрытым. Разумеется, всё будет происходить в прямом эфире, но никаких посторонних в зале суда не будет. Зато будет полное признание и раскаянье со стороны преступника, так что все будут довольны.

- Но я же... Я же не... Я не признавался, я не собираюсь признаваться, я... - он едва шевелил бледными, плохо слушающимися губами.

- Зак? - Сефирот отложил газету и наконец-то посмотрел на него. И в следующий момент уже сидел рядом, положив тяжелую теплую ладонь на плечо Зака и глядя ему в глаза. - Что с тобой?

- Я... признался? - в глазах Зака стоял самый настоящий ужас.

Несколько мгновений Сефирот непонимающе смотрел на него, потом мягко улыбнулся.

- Нет. Ты ни в чем не признавался, тебе не в чем признаваться.

- Но ты сказал... Суд с признанием.

- А, это, - Сефирот усмехнулся. - Смоделируют запись в виртуальности и выдадут за прямую трансляцию. Честно говоря, я не понимаю, почему они не сделали это с самого начала, раз уж им так припекло тебя подставить...

- Смоделируют в виртуальности, - повторил Зак, словно не совсем понимая. Потом закрыл лицо руками и рассмеялся, облегченно и немного истерично. - Ходжо им именно это и советовал, - вдруг сказал он. И торопливо продолжил: - Они там все собрались. Президент, Хейдиггер, Ходжо, Скарлетт, Палмер... Только Рива почему-то не было. Я думал, они хотели узнать, что произошло. Но их это не интересовало, они тогда уже решили всё свалить на меня.

Зак откинулся на подушки и закрыл глаза. Щеки горели от стыда, он не хотел об этом вспоминать и тем более не хотел вываливать воспоминания на Сефирота. Но слова сами рвались наружу.

- Они предложили мне сознаться самому. В обмен на легкую и безболезненную казнь, - Зак усмехнулся. - Я сначала даже подумал, что они шутят, но у нашего начальства никогда не было чувства юмора... Потом кто-то предложил, чтобы меня посадили под КнК, и тогда Контролер прикажет все что надо, и остальным понравилась эта идея... Только Ходжо не согласился - сначала разразился речью, которую никто не понял, потом обозвал их всех неучами и сказал, что под КнК меня с моим профилем готовить года четыре, и это не считая поиска Контролера и инициации, и стоить это будет столько, что дешевле будет отстроить и заселить этот городишко заново и замять историю с пожаром как несчастный случай... Президент начал было настаивать, но потом услышал про деньги и спросил про более дешевые варианты. Ходжо сходу предложил два - убеждение с наркотой и трюк с виртуальностью. Наверное, наркотики оказались дешевле...

Зак говорил - о галлюцинациях и допросах, о раз за разом повторяющихся кошмарах и сомнениях, об одиночестве и отчаянной борьбе за остатки сознания и разума, которые у него пытались отобрать. Он лежал неподвижно и говорил, а Сефирот сидел и слушал, всё сильнее сжимая кулаки от бессильной ярости и сожаления. А ещё он думал, что сам наверняка сломался бы. Да он и сломался, поддался Дженове и собственным страхом всего за неделю, и подготовка к инициации под «КнК» для Сефирота заняла чуть больше двух месяцев... Зак, похоже, считал, что Ходжо просто пожалел его, но Сефирот знал, что Ходжо и жалость - понятия несовместимые, и что Доку просто не хотелось тратить время на заведомо провальный проект.

- ...и в какой-то момент я действительно почти поверил, что я действительно тебя убил, - продолжал Зак. - В эту часть было почти можно поверить, ведь я действительно пытался остановить тебя тогда, в реакторе... И я почти поверил. А потом ко мне пришел Анджил. Я не знаю, был ли это сон или очередная галлюцинация, но он пришел. Постоял, посмотрел на меня, усмехнулся и спросил, как я могу считать себя Солджером, если я так легко сдаюсь. Я пытался ответить, но Анджил отвернулся, расправил крыло и улетел. Его никогда не интересовали оправдания...

Зак усмехнулся - грустно и немного мечтательно, и Сефирот, поддавшись порыву, взял его за руку и крепко сжал. Наверное, Зак на его месте сказал бы что-нибудь и непременно обнял бы за плечи, и сделал бы что-нибудь, от чего стало бы легче. Сефирот так не умел, и всё, что он мог - это сидеть рядом и слушать. Но Заку, похоже, больше и не нужно было.

- Я пообещал ему, что не сдамся, - совсем тихо сказал Зак. - Да, я знаю, что это был всего лишь плод моего воображения, что настоящий Анджил давно погиб, но я пообещал ему, что не дам себя сломать и не буду помогать Корпорации прикрывать собственные провалы. Хватит того, что они погубили Анджила, Генесиса и тебя... Ну, я считал, что тебя тоже, - усмехнулся Зак. - Они сказали, что ты мертв, и я им поверил... Теперь и сам не понимаю почему - тебя так просто не убьёшь, а Шинра отнюдь не славится честностью.

- Не славится, - кивнул Сефирот с усмешкой. Потом резко посерьезнел и посмотрел Заку в глаза. - Ты сдержал слово, Зак. Ты не сломался.

На мгновение Сефироту показалось, что Зак собирался возразить, но он лишь закрыл глаза.

- Я был близок к этому, - почти шепотом ответил он.

- Но всё-таки ты выдержал. Я бы не смог.

- Конечно, ты смог бы.

- Зак, ты продержался четыре месяца. Дженова сломала меня за неделю.

- Неизвестно, сколько бы я продержался, если бы она за меня взялась.

Сефирот покачал головой.

- Мы были в реакторе вместе. Она выбрала того, с кем легче справиться.

- Ты не знаешь этого наверняка, - возразил Зак и сел на кровати. Сефирот усмехнулся.

- Знаю. В том-то и дело, что знаю.

- Всё равно, - Зак упрямо мотнул головой. - Это неважно. Меня ломали четыре месяца, тебя - практически всю жизнь. Дженова оказалась сильнее, но ты с ней всё-таки справился.

- Не я. Клауд.

- Вы с Клаудом справились. И нашли способ с ней бороться.

- Без Клауда я бы так и продолжал убивать.

- Не ты. Дженова. К тому же, этого не случилось, у тебя есть Клауд, и никуда он от тебя не денется... - Зак вдруг хихикнул. - Разве что сам прогонишь, и то не факт - парень сильно повзрослел и теперь знает, чего хочет. Так что это ты от него никуда не денешься.

- Зак! Если ты...

- Не буду, - с легкостью согласился тот. - Не буду я вас смущать. И даже не буду спрашивать, какого Бахамута вы не сделали это давным-давно. Я просто рад, что вы наконец-то перестали смотреть друг на друга издали. И рад, что дожил до шанса это увидеть... И услышать, - всё-таки не удержавшись, добавил он.

- Зак! – На этот раз к возмущению Сефирота присоединился вышедший из душа Клауд.

- А что я такого сказал? - с наигранной невинностью спросил он. Сефирот закатил глаза к потолку. Зак остался прежним, несмотря ни на что, и Сефирот был рад этому. Очень рад. Настолько рад, что шуточки Зака не вызывали привычного лёгкого раздражения.

- Отправляйся умываться, герой, - со вздохом ответил он.

- Какой из меня теперь герой, - отмахнулся Зак, вставая. - Беглый преступник, которого наверняка ищут все, кому не лень...

- И кто же, тебя, интересно искать будет? - поинтересовался Сефирот. - А главное, зачем, если всем известно, что ты сидишь в одиночной камере в Джунонской тюрьме и ожидаешь суда и казни?

- А ведь действительно! - воскликнул Зак. - Я и не подумал об этом. Видимо, наркота всё-таки повлияла на мои умственные способности...

- Какие способности? - с невинным видом переспросил Клауд. Зак посмотрел на него с притворным возмущением, но тут же, не выдержав, рассмеялся.

- И тебе доброго утра, Клауд, - сказал он и, быстро взъерошив светлую шевелюру, исчез в ванной.

Оставшись одни, Клауд с Сефиротом переглянулись.

- Зак действительно герой, - произнёс Клауд достаточно громко, чтобы его было слышно сквозь тонкую дверь ванной.

- Конечно, - серьёзно подтвердил Сефирот и тут же усмехнулся, - что, впрочем, не мешает ему оставаться щенком. Даже одежду с собой не взял.

- Я отнесу ему, - тут же предложил Клауд.

- Отнеси. Мне ещё надо закончить с маскировкой..

Когда умытый и одетый в джинсы и простую футболку Зак вышел из ванной, Клауд сидел на одной из кроватей, обхватив руками колени, и вид у него был растерянный и какой-то жалобный. Зак в два шага пересек комнату и положил ладонь на его плечо.

- Клауд, что...

Вместо ответа Клауд кивнул куда-то в сторону. Зак обернулся и замер. Зрелище было действительно... Неожиданное. Странное. Почти шокирующее. Сефирот стоял перед большим старомодным трюмо с ножницами в руках и обрезал волосы. Пряди тяжелыми серебристыми змеями падали на пол, а он сосредоточенно глядел в зеркало, брал очередную прядь и четким, уверенным движением щелкал ножницами.

Несколько мгновений Зак завороженно наблюдал, потом вновь перевел взгляд на Клауда. Он хотел было сказать что-то, но впервые за очень долгое время не мог подобрать слова. Готовое вырваться "Это всего лишь волосы, они отрастут" почему-то казалось совершенно неуместным, и Зак, так ничего и не сказав, присел на край кровати рядом с Клаудом.

Закончив со своим занятием, Сефирот оглянулся. Посмотрел на притихших друзей, покачал головой и с усмешкой произнес:

- Неужели вам настолько не нравится моя новая прическа?

Зак тут же вскочил, склонил голову набок, и, изобразив на лице критическую гримасу, изрек:

- Немного кривовато, но сойдёт.

Сефирот пожал плечами

- Я не парикмахер.

- Ага! Значит, мы наконец-то нашли что-то, что Великий Сефирот делать не умеет!

- Я много чего не умею, - пожал плечами Сефирот. - Вышивать крестиком, проектировать мако-реакторы, забывать взять с собой меч, собираясь на миссию...

- Это было всего один раз! И вообще, тебя там тогда не было!

- Ну да, у меня бы ты устным замечанием не отделался...

- Да уж, бедные твои ученики! - рассмеялся Зак. Сефирот пожал плечами.

- Клауд вроде не жаловался.

- Так то ж Клауд! К тому же он был секретарем, а не учеником, а это разные вещи. Учеником он скорее моим был.

Зак снова рассмеялся, но Сефирот не обратил внимания. Он смотрел на Клауда, который по-прежнему сидел, обхватив руками колени, и выглядел потерянным - похоже, их с Заком диалог он даже не услышал, иначе уже улыбнулся бы.

- Клауд? - спросил Сефирот, подходя ближе. - Что случилось?

Клауд поднял голову и посмотрел на него.

- Ничего. Просто... - он покачал головой и растерянно улыбнулся. - Ничего.

Сефирот нахмурился.

- Клауд, если тебя что-то беспокоит, я хочу об этом знать.

- Не беспокоит. Просто... До меня вдруг дошло, что мы не вернёмся.

- Конечно, не вернёмся. После всего, что случилось, это было бы по меньшей мере глупо.

- Это понятно, - пожал плечами Клауд. Он несколько мгновений помолчал, надеясь, что этого хватит, но Сефирот смотрел на него, явно ожидая ответа, и Зак тоже, и Клауд, вздохнув, продолжил: - Просто одно дело знать, что мы не вернёмся к прежней жизни, и совсем другое - видеть... - Клауд покачал головой и попробовал ещё раз: - Кажется, до меня только что дошло, что возвращаться некуда, а главное - некому. Что нас прежних больше нет...

Он умолк, окончательно смутившись и немного жалея, что заговорил об этом. Конечно, Сефирот не будет над ним смеяться, а Зак если и пошутит, то необидно и не зло, но всё равно... Он и сам толком не знал, почему падающие на пол серебристые пряди произвели на него столь сильное впечатление, и даже самому себе не мог объяснить, почему именно сейчас он наконец-то почувствовал, что дороги назад действительно нет. А ведь Сефирот вчера вечером говорил то же самое - в самом начале, когда только предлагал перейти на "ты"... И он поверил, он и сам так думал, так почему же сейчас в голове так звонко и пусто, и немножко жаль, ведь не может же он действительно хотеть вернуться после всего, что с ними произошло?

- Нас действительно больше нет, - тихо ответил Сефирот. - Мы все трое мертвы для Корпорации, а Корпорация... - он мрачно усмехнулся. - Корпорация всё равно что мертва для нас.

- Это хорошо, - твёрдо ответил Клауд, но вид у него был по-прежнему растерянный.

- Просто шикарная грива нашего Великого Сефирота была одним из символов Корпорации Шинра. Почти ещё одной торговой маркой, - усмехнулся Зак. - Вот и получается, что его стрижка воспринимается как отказ от торговой марки и, как следствие, отказ от Корпорации, и простое действие оказывается наполнено символизмом... Ну или что-то в таком духе, и нечего на меня так смотреть. Я что виноват, что умники-эксперты по манипулированию психикой при мне читали друг другу лекции на эту тему?

На этот раз Заку удалось разрядить атмосферу: Клауд рассмеялся, Сефирот тоже, и Зак с удовольствием к ним присоединился.

- Кстати, если генерала Сефирота, лейтенанта Страйфа и солджера Фэйра больше нет, то нам нужно придумать новое занятие. А заодно и новые имена. Клауд, как ты хочешь, чтобы тебя звали? Я бы хотел быть...

- Имена у нас уже есть, - с усмешкой оборвал его Сефирот.

- Уже есть? Откуда? - голос у Зака был слегка разочарованный.

- Я оформлял для нас документы, и у меня не было возможности торговаться насчет имен, - пожал плечами Сефирот.

- Не мог так не мог, - легко согласился Зак. - И как меня теперь зовут? Надеюсь, мне досталось достаточно геройское имя...

Вместо ответа Сефирот достал из кармана три идентификационные карточки и, выбрав нужную, сунул в руки Заку. Тот повертел карточку в руках, прочитал имя и скривился.

- Что за дурацкое имя! Ты нарочно такое придумал?

- Как я уже сказал, документы нам нужны были срочно, и у меня не было особого выбора. Нам ещё повезло, что у этого дельца оказались заготовки на три комплекта. Хорошие поддельные документы, которые не вызовут тревогу при первом же сканировании, не так легко достать.

- Но для Великого Сефирота это не проблема, - провозгласил Зак. - Значит, теперь меня зовут Лоз, я родом из Нибельхейма, мне восемнадцать лет и я не женат. Что мы будем дальше делать, о великий... - Зак ловко выхватил из рук Сефирота его собственную карточку, - ... Кададж? Почему мне не могло достаться имя Кададж?

@темы: Final Fantasy 7, Контроллер